МАКЕДОНСКАЯ Надежда Ильинична (г. Моршанск Тамбовской обл., Россия)

Надежда МАКЕДОНСКАЯ (г. Моршанск Тамбовской обл., Россия)

 

Номинация «Малая проза»

Подноминация «О жизни и любви»

БУКЕТ КРОКУСОВ

(фрагмент из исторического романа)

 

Западная Парфия, Ктезифон, 140 г. н. э.

 

Гречанка Лаиса с удивлением смотрела на своих бывших учеников. О, чудесная пора! Лекторий в Афинах, в котором она преподавала философию, как это время теперь далеко от неё. С тех пор прошло десять лет! Актеон, Деметрий и Александр - её самые любимые ученики, больше прочих склонные к философии. Как оказалось, после её внезапного отъезда из Афин мальчики ещё какое-то время занимались своим образованием, потом поступили на службу и волею судеб оказались в Парфии, сблизившись с царём Митридатом.

Им теперь далеко за двадцать, она уже и не чувствует разницы в возрасте между ними и собой. Все трое возмужали, даже Александр, хотя он всегда был несколько женственный. Сколько Лаиса его помнила, постоянно у него были взрослые ухажёры, которые сопровождали эфеба в её лекторий и оставались слушать вместе с молодежью лекции. Так это было и в тот страшный день, когда римский патриций Красс, греческий философ Ксантипп и германец, христианский проповедник Константин тоже пришли послушать её. Константин обвинил Лаису в том, что она оправдывает отношения между мужчинами, и ухажёр Александра обнажил свой меч. Ей дорого стоило замять ссору. В тот-то момент она и влюбилась в Константина и была готова идти за ним хоть на край света. Но он привёз её в Рим, где она столкнулась с Крассом, а потом в Александрию, где она столкнулась с Ксантиппом.

Да, будто Сам Бог не хотел их отношений с Константином. С Ксантиппом её разлучили люди, а вот с Константином - Сам Бог. Сейчас, спустя время, Лаиса удивлялась, как она могла полюбить германца когда-то. Слишком неотёсанный, слишком фанатичный, возможно, он был своеобразной экзотикой в её спокойной жизни, поэтому ей и захотелось быть рядом с ним, захотелось приключений. А возможно, Бог таким образом решил сделать из неё христианку. А Дьявол, видимо, решил окончательно отвадить её от веры, дав ей спустя время полюбить Ксантиппа... Ксантипп разбил ей сердце, привёл к неверию, хотя она всеми силами пыталась являть собой образ доброй христианки. Теперь Ксантипп в прошлом. Она внушала себе это, только сердце не слушало никакие внушения.

Молодые люди встретили Лаису после представления: Митридат пригласил её в амфитеатр почитать стихи. Лаиса, терзаемая грустью после расставания с Ксантиппом, выбрала для прочтения самое печальное из стихотворений Сапфо, однако царь встал, аплодируя ей, и его высокая статная фигура возвысилась над всеми присутствующими в амфитеатре. Зрители последовали за своим царём - и вот уже весь амфитеатр рукоплескал ей, хотя, откровенно говоря, Лаисе не понравилось собственное выступление.

Обещая Митридату дождаться его после окончания чтений, она решила прогуляться со своей прислужницей Береникой неподалёку в парке. Тут-то бывшие ученики и настигли её.

- Госпожа! - позвал знакомый голос. - Госпожа Лаиса!

Гречанка обернулась. Все трое подбежали к ней. Высокие, сильные, богато одетые молодые мужчины. Она с некоторым трудом узнала в них своих афинских учеников. Из разговора стало понятно, что они примкнули к Митридату и сражаются теперь на его стороне против Рима. Все трое завели семьи здесь в Парфии, даже Александр, сильно раздавшийся в плечах и носящий теперь короткие волосы. Актеон и Деметрий отпустили бороды и тоже заметно возмужали.

Теперь их господином был Митридат. Молодые люди рассказали Лаисе, что царь очень образован, он устроил при своём дворе что-то типа философского клуба. Все трое постоянно вспоминали о Лаисе и заинтересовали царя своими разговорами о ней. Поэтому не случайно, что Митридат разыскал её и призвал к себе. Однако молодые люди были крайне удивлены, что спустя десять лет Лаиса совсем не изменилась.

- Царь не верил нам, когда мы говорили, что постигли философию благодаря тебе. Он считал, что женщины не могут обучать наукам, - рассказывал Актеон. - Особенно, когда мы описали ему, как ты выглядела и сказали, сколько тебе было лет на тот момент.

- И что же не так в моей внешности? - невольно напряглась Лаиса. Митридат не вызывал в ней того же восторга, какой вызывал Ксантипп, поскольку Ксантиппа она любила, а Митридата нет, но она не могла не признать, что в обществе мужчина с параметрами Митридата считается идеальным. В нём было четыре локтя и без малого две ладони (около 198 см), а размаху его плеч позавидовал бы сам Геракл. Лицо царя имело идеальные черты, будто вырезанные резцом талантливейшего скульптора. Его фигура была столь же точёной. Поистине царь! Лаисе казалось, что она теряется на его фоне и что из-за этого они совершенно не пара. Однако ей было интересно узнать, что же он думает о ней самой.

- Всё так, - улыбнулся Александр. - Просто царь никак не мог представить себе женщину с талией в две эпидамы и ладонь (53 см).

- А когда мы сказали, что твой рост едва ли три локтя и две ладони (152 см), он рассмеялся и не поверил нам, - добавил Деметрий. - Сказал, что должно быть нас обучала философии пери, а не земная женщина.

- Когда же, госпожа, мы описали царю, как выглядят твои волосы и лицо, он окончательно потерял голову, в желании увидеть тебя. Не верил нам, что ты существуешь, - продолжил Актеон. - Он искал тебя повсюду, пока ты сама вдруг не явилась в Парфию.

— Это было похоже на сказку, - кивнул Александр. - Царь впервые в жизни полюбил! Не даром же он отпустил всех своих жён. И мы рады, что ты станешь теперь его царицей.

Лаиса грустно покачала головой.

- Как же мог ваш царь полюбить меня, коль скоро мы только на днях познакомились? Всё это влюблённость - он внушил себе любовь, потому что я не похожа на женщин его родины. Да и вы своими рассказами обо мне тоже внушили ему эти чувства... Нет, дорогие мои греки, мне придётся отказаться от брака с вашим царём...

- Отказаться?! - Все трое, а также Береника, в ужасе посмотрели друг на друга.

- Но, госпожа, - начала было Береника.

- К сожалению это так, - проговорила Лаиса, опустив голову. - Я хочу уехать из Парфии обратно в Афины к своим детям. Я нужна им сейчас. Хватит с меня приключений вдали от дома. Я давно уже не видела свою семью... К тому же я люблю другого человека.

Молодые люди всё ещё не могли прийти в себя.

- Как можно отказать царю, к тому же такому как Митридат? - удивились они. - Он так любит Элладу, в его роду предки по линии Селевка, он восхищается Александром Великим и хочет вырвать наше отечество из рук римлян.

- Госпожа, ты не можешь ему отказать, во имя Эллады, во имя Афин! - Актеон говорил с удивительным пафосом. - Отечество во власти римлян, Митридат - философ на троне, принесёт нам свободу, как это сделал когда-то Александр!

- Вам ли не знать, что Александр поработил весь мир? - усмехнулась Лаиса.

- Госпожа, но разве не лучше остаться с Митридатом, чем страдать по самозванцу Ксантиппу? - вдруг сказал Александр.

- Вы и о Ксантиппе знаете? - Лаиса посмотрела на них в замешательстве. Странно конечно, что её личная жизнь стала достоянием людей, которых она не видела вот уже десять лет.

- Знаем даже о Крассе, - улыбнулся Деметрий.  - Митридат искал тебя всё это время, говорим же тебе, но ты постоянно ускользала. Однажды ты уже победила Рим в лице Красса, теперь же предстоит победить Рим в лице императора и вернуть отечеству свободу. Митридату нужна жёсткая рука. Он такой могучий и сильный, такой рассудительный только с виду, а внутри - сущее дитя.

— Это так, - кивнул Актеон. - Мы младше, и то гораздо более здравые. Царь слишком добр, слишком бесстрашен и слишком наивен. Ему нужна разумная жена.

- К тому же он неслыханно богат! - заметил Александр.

- Деньги меня точно не интересуют. Меня нельзя купить, - гневно воскликнула Лаиса. - Вам ли не знать об этом? Разве не учила я вас тому, что свободный человек, даже находясь в оковах, всё равно остаётся свободным? Его ничем нельзя купить - ни сладкими обещаниями, ни роскошью, ни деньгами, ни ночным ложем! К тому же я никогда не смогу принадлежать Митридату полностью, сердце моё занято другим. Всегда буду их сравнивать.

— Вот и хорошо, потому что сравнение явно будет в пользу царя! - заверил Актеон. - Может ли этот недомерок Ксантипп - тягаться с шахиншахом? Царь его на голову выше!

- А меня - на две головы! - вставила Лаиса, чтобы защитить Ксантиппа, который действительно по сравнению с царём был весьма невысок.

- Госпожа, ты не воин, ты женщина, - заметил Александр. - Причём умная. И главное, гречанка! Ты - подлинное олицетворение нашей Эллады! Под твоим контролем шахиншах освободит нашу страну. В угоду тебе, потому что любит тебя!

- А что будет, когда он меня разлюбит? - вдруг спросила Лаиса. - Чувства, построенные только на интересе и страсти, долго не живут. Сейчас Митридатом движут эмоции, он хочет заполучить меня, и хвала ему, что он так уважителен и решил достичь своей цели посредством брака. Но что потом? Об этом вы подумали? Я привяжусь к нему, а он в итоге возьмёт ещё одну жену, а там, быть может, у него их целый гарем будет! Хватит с меня предательства Ксантиппа. Я уезжаю в Афины!

— Вот оно что! Выходит, ты просто боишься? - удивился Деметрий. - А мы всегда думали, что ты самая бесстрашная из жён.

- Вы не знаете, что мы пережили с Ксантиппом, - ответила Лаиса горько. - Сколько мне пришлось ему отдать и сколько простить. Очередное его предательство для меня как нож в спину. То же чувствовал Цезарь, когда увидел окровавленный кинжал в руке Брута, то же чувствовал Антоний, когда Клеопатра оставила его при Акциуме... Я будто умерла, только мысли о детях и семье возвращают меня к жизни. Я отдала ему всю себя, но он решил всё перечеркнуть во имя трона...

- Трона, который ему никогда не видать, - заметил Актеон.

- Пусть так, но и мне трон не нужен. Я хочу позаботиться о тех, кто так долго был лишён моей заботы. Дети, отец. Я не похоронила мать, потому что спасала Ксантиппа от Красса. Но все мои жертвы были пусты, он предпочёл мне трон, - горевала Лаиса.

- Потому что он не царь. Истинный царь предлагает тебе трон, госпожа, - сказал Александр. - Ты всегда была лишена эгоизма, мы знаем, что трон тебе не нужен, однако тебе не безразлична судьба Эллады и Афин.

- Завоеватели назвали нашу землю Ахайей, столицу перенесли в Коринф. Украли у нас всё - наши верования, наш язык, нашу культуру. Наши учёные у них в услужении, наши женщины - их наложницы, наша история для них - пример того, как нельзя поступать. Мы - их рабы, и неважно, насколько хороша наша родословная и как мы богаты, ибо, даже приобретя римское гражданство, для грубых завоевателей мы всё равно остаёмся людьми второго сорта, - продолжил Деметрий.

- Но разве не говаривал Гораций, что победители порабощены побеждёнными? - спросила Лаиса. - Разве наша культура и наука не завоевали Рим?

- Однако мы всё равно подчинены Риму! Митридат - шанс всё изменить, чтобы наши дети жили в свободной Элладе! И твои дети тоже, Лаиса! - Вскричал Актеон. - В какие Афины ты прибудешь? Вот уже триста лет они порабощённые, лишённые своего духа. Отечество стенает под гнётом рабства, а ты кручинишься о том, что гадкий человек предал тебя. Однако, чего было ожидать от этого полуварвара?

- Так ведь и Митридат - парфянин! - заметила Лаиса.

- Митридат - сын царей. Всё в нём величественно! Он не сын парфянской гетеры, которую бросил греческий отец - торгаш. Всё в Ксантиппе мелко!

- Ксантипп - такой же философ, как и я. И я тоже не царского происхождения. Возможно, и во мне всё мелко. Этому ли я учила вас? - разозлилась Лаиса. - Мы не выбираем, в какой семье родиться!

- Стало быть, мы и родину не выбираем? Стало быть, Эллада для тебя - пустой звук? - Актеон не мог остановиться.

Тогда Александр поднял Лаису на руки и усадил на своё могучее плечо.

- Ты - наш учитель. В тебе всё возвышенно! Вот, теперь ты возвышаешься надо всеми нами! - сказал он. - Актеон, поумерь свой пыл. Госпоже нужно время. И если она хочет увидеть своих детей и отца, мы не можем препятствовать ей в этом.

- Я понимаю и прошу прощения, - кивнул Актеон, - главное, чтобы ты вернулась обратно.

В этот момент к ним подошёл Митридат. Его охрана шла на некотором расстоянии от него. Молодые люди и Береника поклонились. Лаиса, сидя на плече Александра, тоже склонила голову.

- Так вот вы где! - Воскликнул царь. - Несносные греки! Я потерял вас! Госпожа, это тебе.

Он протянул Лаисе красивый букет из ярко жёлтых цветов.

- Моё сердце пылает, как эти цветы, - сказал царь.

Лаиса попросила Александра поставить её на землю, после чего приняла букет. Аромат цветов был упоительно пряный, под стать его дарителю. Лаису охватило странное чувство - она хотела покорить этого мужчину, желала видеть его у своих ног, разумом понимая, что лучше ей бежать от него в Афины, но с каждым разом, как только он приближался, голос разума убирался прочь.

- Нравится? - спросил шахиншах.

- Очень насыщенный аромат, - кивнула Лаиса. - Что это за цветы?

- Шафран - из него получается самая дорогая пряность в мире, - ответствовал Митридат, - поскольку обработка такого цветка и правильный уход весьма трудозатраты.

- Можешь считать, что шахиншах подарил тебе не букет, а целую породистую лошадь, - заметил Александр.

— Это правда? Такие дорогие цветы? - С сомнением Лаиса смотрела то на букет, то на Митридата.

Царь немного смутился.

- Возможно и так, но что такое дорогая пряность или даже лошадь для Царя царей? - улыбнулся он. - Я хотел преподнести тебе нечто такое, что ты возможно никогда не держала в руках. Хотел удивить красотой цветов, чей облик так похож на моё состояние сейчас. Я горю, как эти цветы!

Лаису слегка озадачило столь поэтическое настроение царя и то, что он при людях говорит о таких вещах. Но, отнеся это к менталитету парфянина, она только поблагодарила его и ещё раз вдохнула пряный аромат. Ну разве уедешь от такого воздыхателя? Быть может, он действительно сможет успокоить её кровоточащее сердце? Быть может он - шанс не только для Греции, но и для неё самой?

Категория: МАЛАЯ ПРОЗА | Добавил: sprkrim (30.04.2022)
Просмотров: 77
Всего комментариев: 0
avatar